Первая и единственная

Как часто мы, принимая вещи, которые для нас обыденны и повседневны, упускаем саму суть этих вещей. «Ну Терешкова. Ну первая… Ну и?» А что там, за этими приевшимися пафосными строчками о том, что первая? Что за судьба?

Девочка, чье детство прошло во время войны. Валентина родилась в 1937 году и Великую Отечественную встретила уже в более-менее осознанном возрасте. Отец погиб в 1939-м, на Советско-финской войне. Их у матери — трое. Сколько таких переломанных войной и заново собранных судеб? Закаленных сколько было? Да почти все, кто выжил. На морально-волевых, с самого нежного возраста.

Мечтала ли Валентина о космосе? Скорее о том, как им выжить. Что поест завтра младший брат и что наденет мама на работу. Поэтому сразу после окончания семилетки пошла на Ярославский шинный завод, а потом — на завод по производству технических тканей. Тогда же оканчивала вечернюю школу, поступила в техникум. Окончила его.

Увлеченная — безусловно. Поэзия, игра на домре. Спорт… Вообще, эта удивительная советская шкала возможностей поражает. Ведь будучи уже взрослым человеком, в 22 года, Терешкова заинтересовалась парашютным спортом.

Интересный вопрос. Сейчас, в России, в летный отряд приходят намного раньше. И для 22-летних мужчин дорога в летчики уже почти всегда закрыта. А тут женщина. И не в 22, а много позже. В 26. И не в летчики, а в космонавты.

Стечение обстоятельств. Девяносто прыжков. Первый разряд. Да сколько их таких было по стране? И с физической подготовкой чуть лучше. И моложе. И ярче. Но полетела она. Сказалось правильное происхождение и общественная нагрузка. В гонке двух сверхдержав мало было успеть первыми. Нужно было, чтобы полетела крестьянская дочка, комсомолка. Лидер. Который впоследствии, если все будет удачно, будет говорить с журналистами, смотреть в камеру, не теряться перед публикой.

И, разумеется, это все учитывалось даже больше, чем непосредственно физическая подготовка. Удивительное дело. В Советском Союзе не строили планов запустить в космос женщину. В СССР тогда особых различий-то и не делали, уравняв в зарплате и запретив ряд профессий не из соображений мужского шовинизма, а из гуманизма. Дескать, тяжело дамам лед пилить и сталь прокатывать. Но женщины, не мытьем, так катаньем, все равно умудрялись работать везде. Не в силу вызовов или свершений феминистических идей, а потому что.

Кто наложил большое вето? А в США женщины активно боролись за свои права. И движение феминисток за то, чтобы женщины полетели в космос, было судьбоносным и знаковым. Сейчас NASA открещивается от проекта «Меркурий 13». Говорят, что тестирование было очень жестким. Что наравне с физическими и физиологическими испытаниями женщин подвергали серьезным психологическим нагрузкам. Но — в частном порядке.

Как бы то ни было, а проект свернули. Буквально одним днем. Тринадцать участниц фактически сидели на чемоданах перед последними испытаниями. Но NASA заявило, что финансирования ни на специальные женские скафандры, ни на особенные женские тренажеры нет и не будет.

Разумеется, происходи все это в наши дни, руководителям NASA был бы один путь — в тюрьму. За эдакую дискриминацию по половому признаку. Но дело происходило тогда, когда завиральные идеи превосходства меньшинств еще не победили здравый смысл.

И в марте 1960-го проект свернули. Буквально в считанные часы. И последующие судебные слушания в 1962-м особо не принесли успеха. В Штатах женщины полетели в космос через 30 лет. Однако вся эта возня и неразбериха привели к тому, что в СССР не на шутку испугались потери лидерства в главной гонке и спешно развернули подготовку женщин-космонавтов на государственном уровне.

Позывной «Чайка».

Как бы то ни было, а в 1963 году Валентина таки полетела. Не без накладок. Естественно, случились неполадки в сборке корабля. И, естественно, они вылезли в момент полета. И, естественно, женский цикл никто не отменял, и весь огромный эксперимент к физиологии не привязывали.

В процессе случились критические дни. Во время полета. И старт, естественно, не отменили из-за этой малости. Трое суток. Где-то у черта на рогах и на краю мироздания. Потому что край света — он на Земле остался. Там же, где кисельные берега. С перегрузками. И с вишенкой на торте. В виде критических дней. В тесном пространстве капсулы. В одном вынужденном положении.

Прекрасно осознавая, что один-единственный промах мужчины, одного из многих, собиравших корабль там, на Земле, может отправить ее к звездам. Далеко и надолго. Собственно, так оно почти и случилось.

Что испытывала эта женщина? Нам, нынешним, истерящим в условиях городского мегаполиса по поводу 15-минутной задержки курьера с «Озона», заедая новые чаши и прокладки с самыми современными находками для нашего комфорта, не понять. Огромная бездна лежит между той, советской женщиной, которая накручивала свои 48 витков вокруг планеты, и нынешними девочками из «Тик-Тока».

Но тогда Валя-Чайка просто жила, как сейчас модно говорить, «в моменте» и «в ресурсе». Пытаясь выполнять какие-то тесты и эксперименты. Порой проваливаясь в полусон-полуобморок от усталости. Кто знает, как и кому она там в одиночестве молилась, какие давала обещания и как плакала.

«Чайка»… Потому что «Березка» на морзянке сложнее. А получился символ одиночества. Белый штрих в темно-синем мертвом космосе, в холодном свете звезд.

Потом, в Угличе, будут выпускать часы «Чайка». В честь Женщины-Чайки. Но это уже потом. Когда станет ясно, что жива. Что приземлилась.

А тогда… Первыми, кто ее встретил, были крестьяне. И у них же Валя «оскоромилась», нарушив протокол и чистоту эксперимента. Попросила хлеба, квасу и картошки. Могла бы потерпеть? Да что вы говорите! После того, как без малого трое суток мотылялась одна в космосе. Не зная, что вернется. Причем не зная до последнего.

Уже после того, как движки сошли с ума и вместо того, чтобы начать программу снижения, стали разгоняться в противоположном направлении, унося Валю в открытый космос. Да, с перспективой стать первой мумифицированным телом на орбите разобрались. Справилась. Где-то сама. Ручками. Все так же лежа. Где-то старшие товарищи помогли — подсказали. Поправила косяки, которые допустили при сборке мужчины.

Нормальное состояние советской женщины. Спасла себя и престиж страны.

Но до последнего, когда уже ясно было, что снижается, Терешкова не была уверена, что она выйдет из капсулы. Что не откажут двигатели, что не рухнет даже с высоты каких-то двухсот метров.

Как же возмущался Королев из-за этих несчастных пары глотков кваса и куска картошки…

— Пока я жив, — кричал он, — женщин в космосе не будет!!!

Кстати, одновременно с Валей в одиночный полет отправился ее коллега Валерий Быковский. Космонавт номер пять. И он провел в космосе, в одиночестве, почти пять суток. Рекорд, который до сих пор не побили. И после этого в космосе одиночек не было!

А Терешкова приземлилась. Синяк, в который превратилось ее тело, конечно, прошел. И потом сняли постановочно-лубочное приземление — возвращение первой женщины-космонавта.

Генерал в юбке.

Ну да. Потом Терешкова стала первой женщиной-генералом. Но сначала, ровно через год после полета, стала мамой. И все это снова под прицелом. В поле зрения всего мира: «Ой, а что там у нее родится после космоса-то?» И в такой вот парадигме выносила и родила. Здоровую и сильную девчонку.

Стала общественным и политическим деятелем. Это помимо того, что она уже и так была лицом страны и женским лицом космоса. И она общалась с прессой, светила ярчайшей харизмой.

Это сейчас ее вклад в развитие страны пытаются замолчать и оболгать в либеральных пабликах. А в 1983 году ее портрет отчеканили на монете. Первый и последний раз в истории государства. При жизни. Вот так ее страна признала тот давний подвиг.

В 2000 году надменные бриты присвоили нашей Валентине титул «Величайшая женщина ХХ столетия».

Но до этого она окончила Военно-воздушную инженерную академию им. Н. Е. Жуковского, защитила степень кандидата технических наук, стала профессором. Опубликовала более 50 научных работ. Была депутатом сначала Верховного Совета, потом Думы. Возглавляла Комитет советских женщин…

Первая и единственная. Навсегда.

О чем мечтают современные женщины в двадцать шесть лет? Чего добиваются? Быть топовым блогером? Снимать рилсы, которые залетают на многомиллионные охваты? Быть топ-менеджером в госструктуре или сделать «лисьи глазки»?

А о чем мечтала Валя тогда, в далеком 1963 году, в июне?.. В тесном пространстве капсулы, среди звезд, отделенная от вечности таким тонким слоем металла. И наедине же с вечностью. С непостижимой бесконечностью смерти и жизни одновременно. Где Бог — внутри и везде.

И как не сошла с ума и удержалась на хрупкой грани человеческого рассудка? Не рассказала. И не расскажет. Но она там была.

Первая. Единственная. Наша.

Автор: Елена Москвитина